История короче и локальнее, а потому производит куда более слабое впечатление, чем "Провиденс". Это те же игры с наследием Лавкрафта, когда одновременно перед нами его сюжеты, их переосмысление, пародия и деконструкция. Нарисовано по большей части посредственно, лишь местами рисунок достигает границ приличия. Для твердой обложки как-то слабовато и имеет смысл только в связке с "Провиденсом". |  |
★★★✩✩
Топпи, конечно, хорош. Изящная статика, мертвый штиль, наслоения узоров, блики отражений, монументальные пейзажи, замершее Время. Маленькие люди, теряющиеся в складках огромного мира, рассыпающиеся под тяжестью нездешних чудес или воскресающие. Маленькие истории, гармонично связанные круглыми облачками слов. Отличная графика, одновременно строгая и немного ирреальная. |  |
Еще один "легендарный" и "шедевральный" труд комикс-индустрии, который перевели и издали большим тиражом. Честно говоря уже какая-то неловкость возникает, даже в Украине эти толстенькие томики стоят дешевле приличных книг. Громадные "Хранители" уже стали ширпотребом, можно покупать каждый год и выбрасывать. Подобная девальвация не красит жанр, нет. Итак, очередное откровение рассказывает о Будущем, о Городе будущего, в который после долгого отсутствия возвращается журналист. Журналист будет выполнять свою работу - изучать окружающий мир и вещать правду, да не просто правду, а с большой буквы Пы. |  |
Что касается самой истории, то создается впечатление, что основное ее богатство - диковинный антураж Будущего. Не глубина истории, не яркость характеров, не драма. Просто великое множество диковинок и странностей, необычных деталей грядущего мира, а на уровне идей, композиции - перед нами довольно примитивная конструкция. И грязная брань как правда жизни.
Самый черный-пречерный нуар. Контрастное монохромное изображение вполне созвучно героям и злодеям, их характеры так же отчетливы, резки, вывернуты на максимум - звери и демоны, в вечной тьме они вершат свои жестокие дела. Главные герои - это стихии, дистиллированные Ярость, Злоба, Ненависть, Вожделение, Страсть, Жестокость. |  |
 | Кинематографичные кадры, многообразные планы, резкий монтаж, много движения и смертей.  |
 | На 5 томе все меняется, графика перестает быть строгим черно-белым полем, фигуры теряют плотность и резкость, появляется много штриховки, персонажи искривляются, становятся грубее, рисунок в целом - неряшливее и небрежней. Сюжет уже кажется чем-то вторичным и односложным, еще бы, персонажи пошли на третий круг. Концовка - ненужная, толстая, ленивая, некрасивая. Как там в классике - "Плохой солдат! Ты хорошо начал, а кончил скверно." |
На пост художника заступил Дункан Фегредо и это не стало катастрофой. Показалось, что появилось больше необязательных деталей, рисунок не такой отточенный, как у Миньолы, но вполне неплохо. К счастью для него, он получил цельную историю, а не набор коротеньких эпизодов. Сама история мало что дает, все те же персонажи кружат вокруг главного героя, те же реакции, те же поступки, все слишком знакомо. Но как не порадоваться, что почти все время уделено нашим персонажам - Баба Яга, Кощей, Василиса, Перун, домовой, леший. Всегда видно, что Миньола пусть и допускает искажения, но не балует, русские сказки он читал. Но герой не меняется, история почти не движется вперед. Всё время получаешь меньше, чем ожидал. |  |
★★★★✩
Один молодой журналист в расстроенных чувствах после смерти любовника отправляется в путешествие по Америке, сталкиваясь с пугающим кошмаром, выплеснувшимся в пределы реальности из небытия или только привидевшимся ему, причем эти грезы все сильнее сотрясают его разум. Но что есть мир, если не его разум и его греза? Ну или греза Говарда Филлипса Лавкрафта. Эта работа Мура - попытка вычленить из текстов Лавкрафта подспудное, подсознательное, и на их основе создать свою собственную историю уже как смесь из этого подсознательного, но выведенного в качестве реального, из того, что Лавкрафт, собственно, рассказывал и из того, что мы как нашу реальность представляем. |  |
Этот нуар в желтых тонах (кстати, желтые обложки криминальной серии романов когда-то дали имя жанру итальянского кино "джиалло"), конечно, все то же повторение штампов, уже не только из мира старого кино, но и своих собственных. В фокусе на этот раз - дорога, битники, байкеры, цирк. Рисунки красивы, милы, ироничны, и все слишком привычны. Большую часть книги составили интервью с авторами и скетчи. В выходных данных указан 2020 год, хотя книга вышла раньше, а к одному из скетчей явно подставлены не те подписи. |  |
А Ходоровский был тот еще похабник, и Мебиус от него не отставал, тоже был баловник преизрядный. Их расцвет пришелся на годы сексуальной революции, поэтому один чертил слова, другой картины, в которых вопросы половых взаимоотношений занимали не последнее место. Не то, чтобы их так интересовали голые тела сами по себе, скорее это было для них важной частью картины сознания. 
"Когти ангела" - череда монологов юной женщины, через страх и отвращение постигающую свое божественное Я, и раскрывающейся навстречу Истинной Свободе. И ко всему этому - многозначительные картинки в черно-белой палитре.
2019
В далеком-предалеком когда-то, один потасканный детектив по имени Джон Дифул случайно обретает страшно нужную всем могущественным силам Вселенной сущность, называемую Инкал. Это вовлекает его в череду злоключений и приключений в разных уголках этой самой Вселенной.
У Стоуки очень странный характер работ, а его инди-статус явно имеет дурные последствия. Иногда его рисунки очень хороши, забавны, но часто - неряшливы, и вместо мастерства мы видим некие неумелые мазки. В рамках одного разворота от ловких профессиональных картинок он легко переходит к грубоватому дилетантству. Так было в "Orc Stain", так и в "Sullivans Sluggers".
Эта история - весьма незамысловатый комедийный ужастик, с весьма примитивно выстроенным сюжетом. Собственно, все настолько обыденно, что и говорить нечего - где-то в глуши бродячая бейсбольная команда неудачников приезжает в город переполненный монстрами. Выживут не все.
У меня еще теплится интерес к миру комиксов, но я давно стал капризен и разборчив, и не так много персон в этом мире, к которым бы я испытывал симпатию. Вот, скажем, Алан Мур - дядька очень любопытный. Перевернувший мир графической индустрии, ушедший в сторону от больших денег и больших издательств, балующийся своей собственной "магией" и создающий не самые простые истории.
Несколько слов о книгах, специальные странички для которых я создавать не стану.
И снова я огорчен. Еще один томик, и очередное повторение пройденного. В нем нет ничего нового - ни герой, ни мир вокруг него никак не меняются, и никуда не развиваются, вокруг все те же чудовищные рожи. А уж когда вместо Миньолы за Хеллбоя берутся другие художники - тут уж все еще печальнее. Стиль обоих кажется архаичным, лишенным всякого изящества и тонкости. Рассел вообще будто карикатуры рисует. А Корбен - хоть и большая звезда, но, снова же, и он заметно уступает Миньоле в мастерстве. У них все будто лишено и теней, и глубины, и объема, которые угадываются у Миньолы. Наверное, не зря так часто герои "Хеллбоя" спускаются во тьму, она скрывает недостатки и заставляет читателя самого додумывать, чем же тьма заполнена. У Рассела и Корбена - фабула на свету, отчего истории выглядят бледными и скучными.
Жаль, что книжка такая монохромная, думаю стоило обильнее украсить страницы цветом, чтобы яркие краски заиграли в гранях этих красивых застывших историй.
Будущее - безумное смешение из цитат Бодлера, идеологий и верований старого мира, новых технологий, беснующегося климата, безумных мутаций, грязи и дыма. Среди ярких красок гниющих ядовитых городов, переполненных инопланетянами, фашистами, монстрами, сумасшедшими, политиками и богами, царит хаос, все охвачено разложением и бурной жизнью. Всемогущие боги застряли над Парижем из-за нехватки топлива, Гор имеет хитрый план, а революционер Никополь свалился с неба.
У Билала своя очень узнаваемая образная манера и очень насыщенный мастерский рисунок. Здесь нет порядка, чистоты, все дрожит и ломает линии, все поражено, искорежено и все несовершенно, все переполнено существами из плоти и металла, небо заполнено кораблями, насекомыми, птицами, дымом. Насыщенна и история. Она не сводится к единой линии, наполнена множеством разнородных элементов. А как итог - красивая и нужная работа, одна из основополагающих в европейском комиксе, то ли страх, то ли тоска Грядущего.
