История короче и локальнее, а потому производит куда более слабое впечатление, чем "Провиденс". Это те же игры с наследием Лавкрафта, когда одновременно перед нами его сюжеты, их переосмысление, пародия и деконструкция. Нарисовано по большей части посредственно, лишь местами рисунок достигает границ приличия. Для твердой обложки как-то слабовато и имеет смысл только в связке с "Провиденсом". |  |
★★★✩✩
Эту книгу изваял в 1986 году Московский университет. Значительную часть работы представляют попытки разобраться в противостоявших друг другу группировках - "партиях" во II-I вв. до н.э. Учитывая, что таковые не были никак оформлены и не имели своих программ, все это весьма условно, но тем не менее, автор утверждает, что было не две, как обычно считается, группировки, позднее ставшие известными как оптиматы и популяры, а три - "новые люди", они же "порядочные", "демократы", "оптиматы" (незнатные сенаторы, часто италики), группировка "знать"-"нобилитет"-"олигархи" - по большей части состоявшая из аристократов. И "популяры" - мелкоплебейская демократия. При этом Н.И. вглядывается в сословную структуру, государственное устройство, анализирует источники. |  |
Плюс она дает три биографии лидеров, которые так или иначе "представляли" некие политические центры.
Публий Корнелий Сципион Африканский Старший - аристократ, талантливый полководец, победитель Ганнибала, был ядром одного из аристократических кланов.
Катон Цензор - "новый человек", self-made-man, довольно неприятный дядька, который боролся с аристократией и сципионовской группировкой.
А потом - смешение времен, "целомудренные" времена доблести, чести и нравственной чистоты уходят, Рим становится все сильнее, все богаче и нравы портятся, и перед нами Сципион Эмилиан, который плачет при взятии Карфагена, но берет его из чувства долга. Достойный во всем, он борется с популярами.
В общем, как-то так.
Вполне приличная книжка, даром, что научная.
 | А в этой работе 1985 года от издательства Ленинградского университета с крохотным тиражом акцент сделан на рассмотрение сущности принципата. Мол, до сего момента принципат понимался и как монархическая власть, и как часть диархии между принцепсом и сенатом, и как часть республиканской власти, и как нечто описуемое, но не определимое. Автор, чтобы прояснить эту проблему, в своей работе пытаются дать обзор жизни римской государства сквозь призму взаимоотношения властей - от Гракхов, Мария и Суллы, Помпея и Цезаря и до принципата Юлиев-Клавдиев. |
Рим рассматривается в рамках двух моделей - полиса и территориальной монархии - тот же дуализм сохранялся и в характере всего государства.
Поскольку здесь автор выходит за рамки сухого анализа и живописует политические, военные перипетии, то и читать, на самом деле, интересно.
История принца и мага Мерлина, который должен выпестовать короля Артура, сложилась у Мэри Стюарт в трилогию вполне гармонично - молодость, зрелось и старость героя. Мир романа - это мир после ухода римлян, без легендарного флера высокого средневековья. Это как-бы изображение приближенное к реальности, где события рыцарских романов преломляются в исторической проекции. Совсем без магии, конечно, никак, но вот драконов и великанов здесь не сыскать. Это добротная, качественная проза. Она немного слишком нетороплива, размеренна, созерцательна, но хорошо скроена. Переводчица, кстати, Ирина Бернштейн, ранее совладавшая со "Смертью Артура", что уже кое-что говорит о литературном уровне. |  |
 | Самое забавное, что многократно проговаривая историю Максима Влединга, Стюарт подчеркивает, что его воцарение - местный миф, он проиграл и был казнен. Но на самом-то деле, он успел убить одного и изгнать второго императора Западной Римской империи и пару лет наслаждался своим статусом. В "Последнем волшебстве" ярких событий еще меньше, они не столь интригуют, что-то вроде "большой спортсмен уходит пенсию". Хорошие книжки, литература, а не жанр.
|
Топпи, конечно, хорош. Изящная статика, мертвый штиль, наслоения узоров, блики отражений, монументальные пейзажи, замершее Время. Маленькие люди, теряющиеся в складках огромного мира, рассыпающиеся под тяжестью нездешних чудес или воскресающие. Маленькие истории, гармонично связанные круглыми облачками слов. Отличная графика, одновременно строгая и немного ирреальная. |  |
Когда из какой-то газеты я узнал, что вышло продолжение "Властелина колец", то был просто поражен - а так можно? Тектонический сдвиг, литературная реальность изменила свои очертания. Ух, ты! Тогда, как раз после окончания 10 класса, родители решили, что пора мне познакомиться с окружающим миром и летом отправили на завод (там был целый взвод таких школьников), где я неделю чистил окалину и ходил за кефиром для бригады, а потом 3 недели красил трубы различных диаметров в один шафрановый цвет. Наставником моим был мелкий дядя, запомнившийся одной сценой. |  |
Красим мы, значит, трубы, он, небось, уже миллионы метров накрасил за свою яркую жизнь, я чуть меньше, во двор заходит семейная пара и озирается, явно что-то ищет.
Наставник скорбно: Вот уроды. Ходят тут. Каково вы тут ходите. Придурки.
Пара подходит к нам: Извините, пожалуйста, не подскажите, где найти такого-то.
Наставник радостно: Да, да, доброго вам дня. Щаз, щаз. Вот вам туда, направо и идете по дорожке до конца.
Пара: Спасибо большое.
Наставник: Да не за что, я только рад помочь!
Отходят.
Наставник разочарованно: Уроды сраные. Ходят тут. Нахрена вы приперлись.
Пара останавливается и возвращается: Извините, вот по этой дорожке?
Наставник радостно: Да, да. Давайте я вас провожу? Да я с удовольствием. Хорошим людям помочь я только за. Я же только рад.
Пара: Благодарим. Не беспокойтесь, спасибо большое.
Идут по нужной дорожке.
Наставник скорбно: Суки тупые.
Пара через полчаса уходит.
Наставник радостно им машет и кричит: Все в порядке? Все нашли? Все хорошо?
Пара: Да, спасибо вам большое. До свидания.
Наставник радостно кричит: До свидания. Всего вам доброго.
Наставник скорбно: Ублюдки конченые. Ходят.
Заработал я за месяц примерно 1200000 карбованцев. Рабочие нас за то и не любили, что на нашу детскую зарплату шли их премиальные. Перумов мне обошелся в 600000, если память не изменяет.
Смешно, что в предисловии авторесса спойлерит так жестко, что живого места от интриги не остается, то ли из неприязни к автору, то ли понимая, что никакая интрига не спасет сие творение.
Испанский гражданин Руи Гонсалес де Клавихо в качестве посла отправляется в загранкомандировку через пол мира. XIV век на дворе, а в те времена путешествия, разумеется, означали нечто совсем иное - вокруг непознаваемые просторы, время течет медленно, удобств и вещей мало. Вообще стилистика этих путевых заметок напоминает о познавательной географии - "вот увидел остров, говорят, тут делают бананы". Автор обязательно рассказывает, как и чем их делегацию накормили, что подарили. Скажем, возле Самарканда прекрасные дыни, обратите особое внимание. При визите в Константинополь очень много места уделено описаниям храмов и святынь - тут и там многочисленные части тела в ларцах. |  |
Едва ли в наше время подобные описания могут сильно воодушевить. А вот описание диковинного животного жирафа может! Или, пожалуй, уже тоже нет. Ну для тех, кто не впечатлится жирафом, есть описание слона на пару страниц - тоже диковинка.
Так пол книги члены делегации едут мимо городов и гор, а потом, наконец-то, добираются до Самарканда. И что, думаете, они начинают подписывать деловые бумаги, проводят разведывательный мероприятия, покупают промышленные секреты? Нет, день за днем они пируют - вино, жареное мясо, молоко с сахаром. Вокруг много замечательных садов и архитектурных сооружений, но осматривать достопримечательности, делать селфи и собирать автографы, им недосуг, потому что вот снова зовут на пир. Тимур вместо того, чтобы идти в поход, пирует и пирует и снова пирует, железного здоровья был человек...
Как со всеми подобными историческими трудами - они по своему забавны, наивны, несколько лапидарны.
Ну вот познавательная история на финал:
Главный прораб заявляет, что план можно перевыполнить на 85%, а главный инженер, что только на 83%. Назревает конфликт. О, чудо! Молодой рабочий Никодим сумел создать более совершенный мастерок и теперь план будет перевыполнен на 100%! Ура, товарищи! Трудно что-то добавить к ранее сказанному, персонажи этого производственного/семейного романа так и продолжают дружеские дрязги - их "веселые" пикировки приводят к тому, что постоянно у кого-то в глазах (десятки раз в течении книги) прыгают смешинки или пляшут огоньки и искорки, глаза лучатся смехом, все сдерживают улыбку или радостно смеются. Герои все время чирикают, кудахчут и щебечут. Сентиментальность уже начинает зашкаливать - все такие милые, милые, охают, вздыхают, переживают друг за друга постоянно. Ути-пути милота... |  |
Когда, основные проблемы решены - Нити не страшны, костная оппозиция вытеснена, что будет в фокусе, что станет двигателем сюжета, какой будет главный конфликт? Увы, напряжение спало, проблемы мелки, зато главная героиня стала слишком "упрямой". Ой, ой, ой, что же делать, что же делать!? Ах, да, у главного персонажа - белый дракончик милый-премилый - и ой, ой, ой, а какая у него половая ориентация? Но все равно - он такой милый! Старый милый дедушка упился до инфаркта, все переживают. Брат суженой слишком вредный. Что же делать, что же делать!? Остатки оппозиции стырили яйцо, правда оно сразу же было возвращено. И даже ничего делать не нужно, все как-то само собой хорошо получается. |  |
Когда все хорошие, приходится придумать хорошим мелкие недостатки и поскрести по сусекам, чтобы замесить хоть намёк на проблемы. Здесь нет конфликта, нет интриги, а мало-мальски заметные треволнения - борьба хорошего с лучшим.
Это больше всего кажется трескотней нестарых еще подруг-домохозяек, по дому бегают их дети-подростки, мужья возятся с пивом и барбекю, дедушка ищет очки. Все улыбаются максимально широко, дружно смеются над самыми плоскими шутками и хихикают. Что тут сказать? Не верю! Всё тут понарошку, всё не взаправду.
Обращает на себя внимание использование современных терминов ("нищеброды") и вообще, мышление персонажей ближе к нашему времени, чем ко временам прорастания капитализма из феодализма. Еще пришлось заметно поглупеть Глокте и всей инквизиции, и они-то не на уровне. Такое ощущение, что заговоры только что придумали и тамошняя служба безопасности даже не занималась профилактическими работами. Нехорошо. А так все кипит - грядут мятежи, революции, железные дороги! Магия все больше превращается в магию денег. Ведущие игроки начинают играть за разные команды. |  |
Книжка-стихия, захватывает и тащит, только успевай отплевываться. Только дочитав можно успокоиться и заметить, что характеры уж больно утрированные, хотя местами автор и подбавляет дровишек, что сюжетные сальто назад и прыжки с переворотом удивляют только в первый раз, потом наоборот их воспринимаешь, как нечто обыденное.
Вообще, ранние авторы фэнтези такое не позволяли - бах!!! и сюжет вывернут наизнанку, половина главных героев, уже не герои, а трупы, ну, а еще один стал главным злодеем. Даже не знаю, что в последней книге трилогии можно еще такого провернуть.
Это не художественное произведение, потому что тут нет диалогов и пейзажей, а без них никуда. Это не историческая книга, потому что тут усилия прилагаются не для того, чтобы высветить исторические события, а чтобы показать тонкие движения души, подать персонажа поэффектней, пофилософствовать, поразмышлять о чувствах героя. Нет должной строгости факта, есть сила образов, есть сила фраз. Действие погружено в сопереживание, сочувствование, нет нужной отстраненности. Так что это что-то среднее - и историческое и художественное, но подобное неудобное положение для меня скорее недостаток. |  |
 | Цвейг хорошо пишет, но идет по кривой дорожке. Одно дело маленькие эссе в "Звездных часах человечества", другое дело такая вот монография, пусть маленькая, но за час с ней явно не управишься.
|
Недавно я приобщал своего племянника к высокой культуре и организовал просмотр "Твин Пикса". А потом из праздного любопытства решил проверить, какие книги дополняют киновселенную и пару работ скачал. Первая - сборник интервью со всеми причастными участниками (почти всеми). Для нее присуща эта дурная ядовитая манера американцев - много повторов, воды, комплиментов и восторгов, типа: |  |
- Да, я был в восторге. Я сказал им, что я в восторге.
- Мы предложили им рассказать нам подробнее. Нам было очень интересно.
- Они обрисовали нам развитие и это было феноменально! Сбежалась куча народа, все слушали затаив дыхание.
- Великолепно. Оба они прекрасные мастера, каждый по своему. То, что они рассказывали, было новаторским.
И так далее.
Есть, конечно, какая-то любопытная информация, какие-то забавные детали, какие-то обиды на канал и друг на друга. Но тут мало чего-то нового, и хороша такая книга только для фанатов. Я не фанат.
Единственная забавная байка - про королеву:
Еще один "легендарный" и "шедевральный" труд комикс-индустрии, который перевели и издали большим тиражом. Честно говоря уже какая-то неловкость возникает, даже в Украине эти толстенькие томики стоят дешевле приличных книг. Громадные "Хранители" уже стали ширпотребом, можно покупать каждый год и выбрасывать. Подобная девальвация не красит жанр, нет. Итак, очередное откровение рассказывает о Будущем, о Городе будущего, в который после долгого отсутствия возвращается журналист. Журналист будет выполнять свою работу - изучать окружающий мир и вещать правду, да не просто правду, а с большой буквы Пы. |  |
Что касается самой истории, то создается впечатление, что основное ее богатство - диковинный антураж Будущего. Не глубина истории, не яркость характеров, не драма. Просто великое множество диковинок и странностей, необычных деталей грядущего мира, а на уровне идей, композиции - перед нами довольно примитивная конструкция. И грязная брань как правда жизни.
Детектив-рефлексия немолодой испанской дамы, которая в поиске ответа на загадку исчезновения мужа обретает себя. Говорит она в общем-то банальности, банальности, банальности - очень много о возрасте, об утратах, даже не по себе становится от узнавания, но говорит своим голосом, без пафоса, без дрожи неофита. Ничего, вроде бы, оригинального, но книжка читайная, в меру приятная, вовсе не глупая... Ну так. Средненькая. Единственное, что и ей 41 и мне 41, и многое в этих жалобах узнается, увы. |  |
★★★★✩
 | Магнетизер - врач и кудесник, с настоящим или кажущимся искусством, обманывает, лечит, богатеет и разоряется. Возможно ли добро через обман, нужен ли обман во благо, нужна ли вера в чудо, задается вопросом автор? Мне все равно, потому что он скучен, он ригоричен, он плоский. Он бормочет с такой серьезностью, что впору заподозрить претензию на откровение, но нет, мысли заурядные. |
Самый черный-пречерный нуар. Контрастное монохромное изображение вполне созвучно героям и злодеям, их характеры так же отчетливы, резки, вывернуты на максимум - звери и демоны, в вечной тьме они вершат свои жестокие дела. Главные герои - это стихии, дистиллированные Ярость, Злоба, Ненависть, Вожделение, Страсть, Жестокость. |  |
 | Кинематографичные кадры, многообразные планы, резкий монтаж, много движения и смертей.  |
 | На 5 томе все меняется, графика перестает быть строгим черно-белым полем, фигуры теряют плотность и резкость, появляется много штриховки, персонажи искривляются, становятся грубее, рисунок в целом - неряшливее и небрежней. Сюжет уже кажется чем-то вторичным и односложным, еще бы, персонажи пошли на третий круг. Концовка - ненужная, толстая, ленивая, некрасивая. Как там в классике - "Плохой солдат! Ты хорошо начал, а кончил скверно." |
На пост художника заступил Дункан Фегредо и это не стало катастрофой. Показалось, что появилось больше необязательных деталей, рисунок не такой отточенный, как у Миньолы, но вполне неплохо. К счастью для него, он получил цельную историю, а не набор коротеньких эпизодов. Сама история мало что дает, все те же персонажи кружат вокруг главного героя, те же реакции, те же поступки, все слишком знакомо. Но как не порадоваться, что почти все время уделено нашим персонажам - Баба Яга, Кощей, Василиса, Перун, домовой, леший. Всегда видно, что Миньола пусть и допускает искажения, но не балует, русские сказки он читал. Но герой не меняется, история почти не движется вперед. Всё время получаешь меньше, чем ожидал. |  |
★★★★✩
У героев первых книг выросли детишки - три штуки, каждому, разумеется, выдан особый талант и это прямо-таки напоминает про компьютерные игры, где вам нужно поочередно управлять несколькими персонажами, каждый из которых умеет выполнять какое-то особое действие. Папа пропал, мама пропала, власти используют троицу не по назначению, и великовозрастные близнецы убегают в новый регион, где все не так, а они будут делать так. На первый взгляд даже кажется, что недостатки продолжения не так остры и вопиющи, история не столь малоподвижна и безжизненна. Ошибка, ошибка... Впрочем, персонажи такие же плоские, дела куцые, автор по-прежнему жалеет краски и слова, чтобы оживить застывший мирок. | нам придется полагаться лишь на мечи да клинки  |
Книга все более отчетливо превращается в сериал, минимум действий растягивается, из ниоткуда налетает какие-то невнятное Зло - Темные, Древние, Мрачные - но все предельно абстрактно.
Местами Нортон пересказывает события, а не показывает, причем это события в контексте книги почти любопытные - например, героям нужно найти и попасть в секретную библиотеку и автор ничтоже сумняшеся мимоходом сообщает, что таки один из них там побывал с опасностью для жизни. Как? Бог весть, бог весть, сынки...
Любая странность, заявленная как таковая, почти не описывается, а только называется - вот отвратительные чудовища, но каковые они непонятно, вот страшные Темные силы, но у них ни имен, ни сути, только ярлыки. Кто, откуда, каким образом - все это не дается авторке. Зачем стараться и описывать преодоление сложности, когда можно сказать, что была страшная-страшная опасность и герой ее как-то преодолел за пределами текста?
