Книги. Раз тиран, два тиран

Забавно. Читал книжку 10 лет назад. Воспоминания вполне теплые. Решил после "Сегуна" ознакомиться снова, листаю, недоумеваю, вот думаю, как же я возмужал, остепенился, не воспринимаю я больше книгу, слабая книга. А посмотрел записи, нет, и тогда она была мне плоха. Вот такая штука память. Работа Искендерова не радует, она, несомненно, устарела. Проблема не столько в советских штампах-кричалках, сколько в пунктирном изложении ряда тем, что во времена Википедии критично. Кажется, что и многие вопросы автор знал поверхностно, растягивая одного персонажа, одну характеристику, один подход на все годы смуты, а не прослеживая их генезис. Скажем, он заявляет, что главное оружие самурая меч, хотя мы знаем, что ранее скорее таковым был лук. Рассказывает о джиуджитсу (дзюдзюцу) приравнивая его к дзюдо, хотя это не одно и то же. Противопоставляет самурайскому дзюдо простонародное каратэ. Перехваливает мечи.

Вообще военное дело освещено слабо, кроме заявления что огнестрельное оружие сильно повлияло на ход военного дела и стратегию, в общем-то никакого понимания как это дело обстояло до массового применения ружей и после, тут нет.

Много откровенных странностей. Так, комментируя эпизод с Мори после смерти Нобунаги, автор заявляет, что 

Книга. Двойной заговор с переворотом

Прудникова - это знак качества. Плохого качества, конечно, зато гарантированного. За это и ценим. И говорить о ее работах нужно просто - приводить цитаты, чтобы дурь каждого видна была. Книжка посвящена заговору военных против политических лидеров - Сталина и Гитлера. Якобы оба готовились параллельно и даже были взаимосвязаны. Как всегда, у этой дамы углы срезаются, проблемы упрощаются. Так для затравки объявлено, что в Первой Мировой Российская империя воевала исключительно ради союзников, у нее никаких своекорыстных интересов не было. Ага. Ну да. То есть к проливам и Константинополю мы не тянули вспотевшие ладошки? А в Германии не видели угрозу? А сербов нам вообще защищать было не нужно, с нашим-то желанием собрать вокруг себя квохчущих славян? Что ж, нет, так нет, какие же мы благородные и добрые...

Кое-как управившись с рассказом о сотрудничестве Советской России и Веймарской Германии (так себе, скажем честно, пришлось больше намекать и делать многозначительные паузы, чем чем-то потрясать читателя), она переходит к анализу обстановки в России после победы красных в Гражданской войне. О, этот вульгарный, утрированный, победный марш историка-любителя! Их бы с Резуном в одной комнатке запереть. 

Итак. Перед нами плохие революционеры-чегевары и хорошие революционеры-хозяйственники, то есть - жалкие и ничтожные все остальные и Сталин®. Описывать этих всех в здешней словесной каше просто скучно. Но, скажем, Троцкий®, вроде бы Красную Армию создал и даже чем-то руководил, но авторка намекает, что он не сам это делал. Неужели ему кто-то помогал, удивимся мы? А мы думали, он все сам, даже бронепоезда сам строил... Хотя потом, она же пишет, что нет, Троцкий® разваливал все, к чему прикасался (то есть создавал армию, но еще быстрее ее разваливал - как-то так?). И почему-то, говорит, все забыли, что был он когда-то меньшевиком и главным (!) противником Ленина. Вот оно как. Ленин поди и переворот затевал, чтоб одолеть Троцкого®?

Книга. Северо-Запад. Рунный посох

Гранбретания - военная империя, которая вот-вот завоюет всю Европу, а там, дай волю, и весь мир. Все ее жители носят маски в виде звериных морд. Красиво. Главный злодей - возглавляет Орден Волка, бессмертный император - Орден Богомола. Все они немного не в себе. В этом мире технологии смешиваются с магией, не зря когда-то этими землями правили боги Джон, Джоргу, Полу и Рунгу. Как водится, здесь есть еще несколько занудных свободолюбивых героев, которые не побоятся дать прочухана всему этому англицкому зоосаду. Еще здесь московиты, Украния, Крым, правда, кажется, Симферополь тут порт. Все бы было ничего, вот только все враги нашего уважаемого Дориана Хокмуна герцога Кельнского - болванчики, гибнущие от руки героя сотнями. Это прообраз игры Diablo, клик-клик мышкой - и вокруг трупы, ищешь дальше артефакт или NPC. Вот мини-боссы - они чуть сложнее, но глупы, истеричны и успевают выдать не больше нескольких фраз. Вжих мечом - все доспехи как бумага.

Кажется этой самый боевой из изданных в серии романов, битвы, сражения, схватки, поединки, дуэли тут происходят непрестанно, но все они плоские, примитивные - множество злодеев бросается на положительных героев и почему-то, зачастую чудом, их рубят как подсолнухи. Вот приятель Хокмуна - коротышка, стрелок из лука - каким образом ему удается убивать саблей множество профессиональных воинов в доспехах, откуда мастерство? Стоит устать немножко и тут же вваливается помощник с волшебным артефактом, попал в западню - чудесные духи унесут из любой ловушки.

Битвы также нелепы, никакого представления о военных действиях нет, как обычно у американцев - это густая толпа, которая быстро распадается при столкновении и далее происходят индивидуальные схватки. Почему все время происходит лобовая атака Комарга? Почему мимо неуклюжих башен не просачиваются ночами отряды гранбретанцев? Почему не высаживается воздушный десант? Почему местные сражаются лучше, не имея военного опыта, в отличие от противника? Почему в финальной битве глупые злодеи не используют авиацию?

Впрочем, к концу автору уже так явно надоело происходящее, что он теряет всякое представлени о целесообразности, быстренько записывает в герои и жену Хокмуна и старика-поэта, чего уж тут, они тоже шашками рубят так, что читать страшно.

Вообще Муркок дико устарел, хотя заметно, что вдохновил он многих. А император-то в сосуде - похоже перекочевал в комиксы к Ходоровскому, и сам рунный посох - прообраз Инкала.

"Человек уже выбрался на другой берег, оглянулся, увидел, что Хокмун настигает его, и выхватил блестящий тонкий меч невероятной длины." Откуда интересно он его выхватил?

Майкл Муркок
Рунный Посох

5,5-6

★★★✩✩

В издание вошли тексты 1967-1969. Существует еще продолжение цикла, но что там произошло, мне совсем не интересно..

Книги. Здесь курят коллекционеры

История вазы - это очень скучно. Другое дело, когда ваза сама болтает без умолку, а за тысячи лет она повидала куда больше вас, так что рассказать ей есть что, сядьте и слушайте. Сама она - объект коллекционирования, но она и сама коллекционирует своих владельцев, оригинальное название романа "the collector collector".  У нее страсть к каталогизации всего и всех,  - по любому возможному признаку - от формы носа до толщины финансов. Любой новый персонаж в книге - просто очередной номер в том или ином списке параметров. Почти все они чудаки, безумцы, мошенники, романтики, странные и забавные, а стоит появиться кому-то нормальному, ему тут же приходится по какой-то причине уйти со страницы.

И книжка про любовь и главное героиню зовут Роза - что может быть вульгарней, но нет, книжка очень забавная, остроумная.

Я роман прочел в первый раз еще в журнале "Иностранная литература", кажется, и серию книг из-за нее собирать стал. Другие книги Фишера мне, увы, не пришлись по душе, а эту люблю.

Тибор Фишер
Коллекционная вещь
7,5

◉◉◉◉◎

А вот это редкая для "интеллектуальной серии" остросюжетная вещь, которая не дает заскучать среди всех этих изысканных интеллектуальных ребят. Тут сатира и триллер и, пожалуй, плутовской роман. Главный герой - мастер слов, враль, мистификатор и иллюзионист - публичный представитель табачных компаний, на место которого метят и другие, так что и сигареты убивают и ради сигарет тоже убивают. Очень забавная, ироничная, ловкая вещь. Я читал еще пару работ Бакли, они были тусклыми и уже не радовали. Забавно, что одновременно с "Здесь курят" я читал Наоми Кляйн "NO LOGO", о рекламе/брендинге всех этих ядовитых корпораций.

Кристофер Бакли
Здесь курят
7-7,5

✶✶✶✶✧

Книги. Головоногие моллюски и прочий зоопарк

За последние годы у Александра Кушнира уже целых три книги вышло о мертвых героях русского рока. О Курехине книги в доступе нет, пришлось довольствоваться работами о Майке Науменко и Илье Кормильцеве.

Обе книжки читаются довольно бодро.

Перед нами история падшего ангела, причем, собственно, процесс его замедленного падения показан неплохо и именно это создает напряжение - вот вываливаются перья, вот трескаются крылья, вот нимб продан по пути вниз, вот он уже в пучине и все реже выныривает из моря алкоголя. Вообще история Майка демонстрирует, что все не навсегда, его слава и успех заканчиваются к концу 80-х, потому что он спивается, потому что времени нужны другие герои...

Но вообще тут хватает несколько сомнительных выводов, так почему-то контракт БГ с "Белкой" выводится из хороших отношений со Стингрей, мол, Майк мол ее сторонился, потому и не попал в поле зрения иностранцев. Звучит странно, у БГ все же была шире палитра и здоровая наглость, а кого бы удивил Майк на Западе с блюзами и рок-н-роллами?

Книги. В гостях у сегуна

Капитан Блэкторн - умница-красавец из Англии-Голландии заброшен бурею в экзотическую Японию в самые что ни на есть решающие для страны времена. Товарищ Токугава Иэясу вот-вот схлестнётся за власть с наследником почившего хозяина Японии Тоётоми Хидэёси. Страна эта почти неведома Западному миру, полна загадок и диковинок, но тем не менее по ней так и шастают всякие проклятые испанцы-португальцы католики-иезуиты, строят козни и хотят обратить в христианство весь здешний люд. Любые англичане и голландцы для них, как кость в горле. Но товарищ Адамс, как уже говорилось, умница и пробьется сквозь туман незнаемого, завоюет любовь красавицы, поможет Иэясу, и вообще - воплотит "американскую мечту".

И, конечно, тут на страницах буйно растет своя раскидистая японская клюква. Главный герой думает в терминах 20 века, японцы назойливо рубят мечами, знают каратэ и дзюдо, казнят провинившихся и гонят на сэппуку в промышленных масштабах, более того, если кто-нибудь на странице не упрашивает разрешить ему покончить с собой, значит на этой странице бравый капитан вспоминает о родине. Карму упоминают каждые пять минут, такая, мол, карма.

А когда на сцену выпускают ниндзя - начинается потеха, будто смотришь грошовый гонконгский боевичок 80-х, эти ниндзя используют весь свой киношный арсенал, но почему-то обижаются на героя, за то, что тот подло стреляет из пистолета. Смешно.

Вообще, автор старается угодить - все, что вы слышали о Японии, тут вставлено, чтобы не разочаровать - гейши, рикши, сэппуку, тайфуны, цунами, землетрясения и прочая катана.

Книга. Сомнамбулический поиск любви

– Видите ли… Я душевнобольной, – сказал парторг решительно, но тут же поправился: – Точнее, не душевнобольной, а сумасшедший. Так будет правильнее. Душа-то у меня здоровая, душа как душа. Обычная. Да и нет, собственно, никакой души, это все поповские, так сказать… Ну да ладно. А вот ум – с умом не все в порядке. Ум, в общем-то, совершенно вышел из строя. Как же все-таки подзаебала меня эта вся сказочность, фольклор этот ебаный! – подумал он с оттенком раздражения, но тут же осадил себя: – Впрочем, так нужно. Иначе как с немцами бороться? Против них сила нужна, поэтому все годится, что на силу работает. А на силу не такие вещи работают, на которые смотреть приятно.

Меня заворожило это дивное название, когда я наткнулся на него в рубрике книжных рецензий журнала "ОМ". Его незримая сила заставила меня добавить это имя в свой список сакральных имен и вскоре мой папа привез из Харькова первый том романа, наряду с "Голубым салом", "Книгой мертвых" и чем-то еще столь ж необходимом в домашнем хозяйстве. 

Когда я ее прочитал то ох_ел настолько, что дал книгу приятелю, он зачем-то своему приятелю, книжку они истрепали, в общем ох_ли все, кто ее читал. Трудно не впечатлиться, когда молод.

Парторг завода Владимир Дунаев, получив контузию в начале войны, попадает в изнанку мира, где превращается в мага и сражается с враждебными магами за нашу Советскую Родину, ну или просто масштабно бредит. Герои чужеземных авторских сказок противостоят нашим народным сказкам. Сам Дунаев превращается в Колобка, враги здесь тоже в образах из детской культуры - Мумий-тролли, Карлсон, Мэрри Поппинс, Питер Пэн и Венди, Алиса, Пиноккио, Айболит-Дулитл, Чипполино.  С одной стороны они всячески друг друга уничтожают и кривляются, а с другой стороны, это просто игра, и они даже не совсем враги, и все они останутся навсегда. Все происходящее при этом иллюзорно, галлюцинаторно, балансирует между психозом и анекдотом, и существует в пространстве густо насыщенном обсценной лексикой. 

Фабула - мистический боевик, фэнтези, когда герой вдруг преисполняется могущества и обучается им пользоваться, сражаясь со зловещими врагами-захватчиками. Но это, если бы убрать все языковые игры, концептуализм и многомерный мат. Здесь каждая строчка непрочная, каждый образ может в любой момент распасться, обернувшись чем-то иным. Слово "галлюцинации" используется довольно часто, подталкивая читателя определить так саму прозу. Книга сама дает подсказки для определения, кроме галлюцинаций, важное слово "промежуток" - здесь это такие особые области магического мира. Книга занимает промежуточное положение между жанрами и настроениями, между пародией и боевиком, между графоманией и литературным мастерством, между мейнстримом и андеграундом, между сочинением еретическим и апокрифом.

Тут беспорядочный нарратив, но с языковой материей все в порядке, часто смешно, часто странно, это пространство языкового буйства. Здешний слог порождает ощущение размытости, нечеткости - это череда снов вложенных в сны, перемешанных с другими снами, снов беспокойных, болезненных.

Книга кажется несколько странной и внеформатной, более трудноопределимой, чем Пелевин и Сорокин 90-х.

Первый том сделан очень приятно, а вот вышедший через пару лет второй напечатан был на дурной бумаге, в другом формате. Отчасти потому, отчасти из-за того, что он не так-то и нужен, да и Ануфриев выпал из гнезда, но второй том кажется более сухим, тяжелым, медленным, и хотя в этом творожном веществе вспыхивают вкусные изюминки, но ощущение, как будто ты уже переел. И если первый том пролетает как мгновенное помутнение рассудка, второй тянется как болезненный бред.

Эта штука яркая, оскорбительная, грубая и веселая, очень интересный литературный опыт игр в таком нестабильном пространстве русского языка.

Сергей Ануфриев, Павел Пепперштейн
Мифогенная любовь каст. Том первый 
7,5
Павел Пепперштейн
Мифогенная любовь каст. Том второй 
6,5

✦✦✦✦✧

Вот тут древнее интервью

Второй том, кстати, опирается на Силу Востока - Дунаев подбирает команду героев - нелепо-гротескные отражения Ша Сэна, Чжу Ба Цзэ и Сунь Укуна из "Путешествия на Запад".

Книга. Северо-Запад. Меч и Радуга

Юный рыцарь Хелот, только-только выбравшись из каземата, тут же вляпывается в дела Шервуда - бесконечных разборок разбойников и рыцарей, и все было бы ничего, пока в эти края не забрел бродячий маг и демиург, а чужие миры вдруг не стали ближе. Вещь бодрая, энергичная, легкая, не без юмора и без дамских нюней. Куда лучше, чем многие "мэтры" в серии. Когда я ее читал в первый раз, несколько раз насторожился, уж больно местами "по-нашему" выходило, прямо родные березки перед глазами. А сейчас, уж конечно, весь расклад понятен - "Милосердие - поповское слово!" - чеканит а-ля Глеб Жеглов здешний сарацин. Рыцари и святые отцы пытаются вести себя "интеллигентно", хотя им редко это удается. Собственно, это и есть наши позднесоветские граждане, обряженные в костюмы и латы сказочного Шервуда, это такой  советско-робингудовский фольклор - все пьют просто сказочно, разговаривают цитатами из советского кино, рефлексируют.

– Давай поговорим как интеллигент с интеллигентом, – предложил отец Тук. – Тоска с этим мужичьем. Тьфу! Никакого политесу, ограниченные люди...

Из этого краткого, но выразительного заявления Хелот сделал совершенно правильный вывод о том, что монах успел с утра разругаться со своим неразлучным другом Малюткой Джоном.

Оба помолчали, настраиваясь на интеллектуальное общение.

– Осень... – уронил отец Тук многозначительно.

– Да, – отозвался Хелот. – Вот, наступила... листья падают...

Вроде бы со всем здесь порядок - юмор, динамика, забавные персонажи, но все же чего-то не хватает. Может, серьезности? 

Конечно, автор чуток в конце впадает в сентиментальность. Женщины...

Мэделайн Симонс
Меч и Радуга: Сага о Хелоте из Лангедока
6,5-7

★★★★✩

В миру зовут эту Симонс Елена Хаецкая, а книжку издали в 1993 году

Книги. Северо-Запад. Властелин колец и Сильмариллион

Еще пара-тройка книг о которых и говорить неинтересно, потому что ничего оригинального мне точно не сказать, а знают их все, пусть даже по фильмам.  "Властелин колец" в 13 лет меня ошеломил и захватил, тем паче, что я очень долго не мог узнать, чем же все закончилось, но очень быстро он стал слегка раздражать, а его популярность еще больше заставляла от этого произведения дистанцироваться. Это несомненно веха и большой эпос с привязкой к западноевропейским легендам, но на христианской этической основе. А Единое Кольцо - это, пожалуй, и Кольцо нибелунга и Антиграаль одновременно, в общем, синтез язычества и христианства в рамках европейской традиции.

Книга довольно динамична, хотя местами действие провисает. Масштабность мира по тем временам была значительна, но с тех пор понаписано столько, что книга уже кажется посвященной каким-то локальным незначительным событиям. Тем более, что Толкин склонен описывать порывы духа, но не сражения. Перевод в целом звучит неплохо (насколько он верен не могу судить).  Трехтомник был оформлен очень недурными рисунками Гордеева. Меня всегда раздражала патетичность и дихотомичность Толкина, в меньшей мере в романе, куда как сильнее в "Сильмариллионе".

Зло пусть масштабно, но всегда слабо, ничтожно, глупо, жалко, трусливо, неумело. Это всегда количество, но никогда качество. Для Толкина будто важна не столько победа над Злом, сколько Посрамление Зла. Мелькор-Моргот - все время всех боится, он самый сильный, но многие ему равны по силе и он боится. Вот он снова боится. Еще завидует. Но боится. Теряет все время силу и боится. Зло все время не просто побеждается, оно унижается. Оно часто выглядит таким слабым, несчастным, что ему поневоле сочувствуешь. "Сильмариллион" - кажется одновременно пафосным и неуклюжим.

Казалось бы - перед нами военная история, но какая-то смазанная. Может быть, это следствие скрещивания христианского мифа - с добрым богом, моральным выбором, жертвованием, искушениями и языческого Рока - то ли из греков, а больше из скандинавов. Турин Турамбар - прямо Сигурд и Эдип в одном лице. Роковой меч, проклятие, печать Рока и кровосмешение прилагаются. Все достоинства "Сильмариллиона" - недостатки. Прописанный мир - это избыточно переполненное сказочными именами и названиями полотно. Вся эта романтика с вечно поющими эльфами и тоской по утраченному тоже не по мне.  Нужно очень любить Толкина, чтобы восхищаться его работами. Я просто уважаю.

Дж.Р.Р.Толкин
Властелин колец
7-7,5

★★★★✩

Дж.Р.Р.Толкин
Сильмариллион
6,5

★★★✩✩

"Властелин колец" начал выходить в 1955 году, "Сильмариллион" опубликован в 1977.

Книги. Алиса там и тут

Первой с начала времен Алисой была Алиса Софийская - большая синяя книжка 1967 года выпуска издательства "София" из братской Болгарии без потерянной суперобложки. Первая работа Демуровой, ставшая классической. Впоследствии перевод был переработан и, если сравнить эту книгу с академическим изданием, заметишь, что подкотик стал черепахой Квази, котлеты превратились к кренделя, даже "картинок и разговоров" не осталось, стишки тоже поменяли вид. Книжка стала любимой в столь юном, может быть, даже бессознательном возрасте, что эта любовь воспринималась мною, как имманентная и я никогда не рефлексировал по этому поводу, что, да почему. "Алиса, это Илья. Илья, это Алиса. Унесите Илью".

Столь живая и веселая игра слов, складывающихся в калейдоскопе смыслов в многоцветные узоры, кажется мне чем-то столь прекрасным и ярким, даже жизненно необходимым, что превращает это произведение в нравственный ориентир. Именно потому я люблю рубить головы и есть пудинги. Композиционно первая часть выглядит, конечно, несколько грубоватым экспромтом, пусть и искусно сделанным, скажем, повторы с изменением роста явно затянуты. Но все равно она прекрасна самой прекрасной прекрасностью. Как мог Брэдбери считать ее холодной и жестокой, я не понимаю. Вся жестокость тут не настоящая, не страшная, а гротескная. Может быть, он просто завидовал, что Страну Чудес первыми обнаружили англичане, а не американцы?

Льюис Кэрролл
Алиса в Стране Чудес. Алиса в Зазеркалье ("Наука" 1991, перевод Нины Демуровой)
9/10

✪✦✹★➤

Книга. Талейран, Талейран, Талейранище!

Талейран был замечательный подлец и талантливый интриган, умнейший дядька, жадный предатель, коррупционер, взяточник и любитель роскоши. О Талейране мы всегда узнаем из книжек о Наполеоне, но что здесь есть такого, чтобы добавить к его образу, чего мы не знали? В общем-то все правильно, а вот только что-то не то. То ли голоса нет, то ли композиция блеклая. Написано как-то без азарта, без чувств, тускло как-то. Автор вязнет в блеклых частностях, так что отдельные главы кажутся невнятными и бестолковыми. В них ни главный герой не выражен, ни исторические события не высвечены.

Пресная книжка вышла, слов много, а образов нет.

Ю.В.Борисов
Шарль-Морис Талейран
6-6,5

★★★✩✩

Отдельно впечатляют дурные врезки "из современности", когда автор болтает с французами о Талейране.

Книги. Империя и Могущество

Эта книга Алексея Миллера представляет собой сборник эссе на различные темы в рамках одной генеральной - национальный вопрос в Российской империи. Работа любопытная, поэтому попробуем тезисно пересказать содержание. История Российской империи в рамках исторической науки никогда толком не рассматривалась в плане взаимоотношений "центр-окраина". Сначала изучение шло по линиям "Центр", "Власть", "Государство", а после обретения независимости национальные государства стали изучать историю с точки зрения их предзаданности и противостояния Империи, произрастания из под устаревших "имперских" форм новых ростков "наций" на неких исконных национальных территориях.

При этом Миллер критикует региональный подход, буде понимание, что такое "регион", весьма затруднено тем, что представление о регионе, его границ, всегда лежит в пространстве воображаемого, весьма субъективно, телеологично и условно. Он противопоставляет ему ситуационный подход.

То есть, упростив, суть в том, что изучая до сих пор империю, исследователи из предвзятости или по слабости методологии всегда изучали ее искаженно, неполно, концентрируясь на одном акторе, примитивизируя сложную картину взаимоотношений имперского центра и провинции.

Книга. Северо-Запад. Город зверя

Муркоковый марс - это копия Берроуза, низкобюджетной глупой фантастики начала прошлого века. Она была плохой литературой еще в те времена, и воспроизводство ее Муркоком в 60-е выглядит нелепо. Выстроено это по тем же дешевым канонам и лекалам - через письмо или диалог автор узнает НЕБЫВАЛУЮ УДИВИТЕЛЬНУЮ НЕВЕРОЯТНУЮ ИСТОРИЮ! Умница-красавица Майкл Кейн испытывает на себе транслятор вещества и почему-то оказывается на Марсе прошлого. Где находит полуголую принцессу, высокую цивилизацию с мечами и немножко чудовищ.

Все ходят голые, "потому что одежда не нужна" - при этом в течении суток температура резко меняется. Все носят мечи на перевязи, без ножен. Муркок вообще понимает к чему это приведет?  Местные цивилизации как бы высокоразвитые - хотя сами имеют низкий технический уровень, поэтому в чем же эта развитость проявляется, непонятно.

Вот персонажи заявляют, что не смогли найти ни одной машины для борьбы с чумой, хотя вообще не представляют принципы и характер работы многочисленных машин. Как же вы  проверяли - подходят они или нет?

Герой убивает противника, у которого меч закреплен на ручном браслете, но тут же об этом забывает, спокойно берет меч и рубится дальше.

Вот "близорукие" рыбы "пытаются схватить" героев на корабле.

Ну да это все просто глупости, их много, их можно простить, но как простишь низкий художественный уровень?

Бедный язык, бедный антураж, персонажи одномерны и неизменны, таинственные расы здесь - люди-кошечки, люди-собачечки, люди-синие, люди-желтые, люди-паучки. Эта трилогия кажется написанной малообразованным подростком, и представляете сколько еще можно было создать новых рас, знай он больше видов зверей и насекомых?

Кабы не нагота, было бы это произведение для маленьких детей - ручка контрастности вывернута на максимум, решения и образы дурны, все плоско, все раздражающе примитивно. Это не простота, а именно примитив, происходящий от низкого уровня мастерства.

Чрезвычайно тяжело эту дрянь было перечитывать, словно жуешь траву.

Майкл Муркок
Город зверя
5

★✩✩✩✩

Трилогия опубликована в 1965 году. Это первый крупный опыт Муркока.

Книга. Между Аней и Петей

Веселая царица Была Елисавет: Поет и веселится, Порядка только нет А. К. Толстой

У Елизаветы два друга: Конь, и тот, кто во сне. За шторами вечный покой, шелест дождя, А там, как всегда, воскресенье, И свечи, и праздник, И лето, и смех, И то, что нельзя... Б.Б. Гребенщиков

Мне все же кажется, что подзаголовок про борьбу за наследие несколько не к месту оказался. В книге речь идет не cтолько о борьбе, но вообще о развитии государства, в основном в Елизаветинские времена во всех его многообразных аспектах.

Автор последовательно описывает обстановку до переворота, переворот, приведший к власти Елизавету, ее окружение, вольности дворянству, Семилетнюю войну. Население - 19 миллионов, в в городах не более 600 тысяч, 63% населения - крепостные. Эксплуатация усиливается, дворянство вот-вот получит официальное разрешение ничего не делать, а страна развивается, в экономике, в искусстве, в военных делах все пока неплохо, возможности феодального хозяйствования еще не исчерпаны. Шуваловы, Бестужев, Разумовские, Воронцов рулят, крутят и вертят. Сама дочь Петра - красавица, любительница веселья, балов, театра, активно эксплуатирует образ дочери папы, хотя сама особыми талантами не блещет.

Весьма дотошная, сурьезная, добротная вещь - а интриги и войнушки украшают любую книгу. Несколько не хватает легкости что ли, парения мысли, мастерства сказаний, увы.

Е.В.Анисимов
Россия в середине XVIII века: Борьба за наследие Петра
6,5-7

★★★★✩

Книги. Герой-многостаночник и проппащие сказки

"Ну и рожа у тебя Шарапов"                                                                  Место встречи изменить нельзя "Какая отвратительная рожа!" Джентльмены удачи Уж не знаю, что дала эта книга науке, но имя у нее громкое, слава широкая. И да, якобы благодаря ей появились вот такие, как есть, "Звездные войны". Ходила такая байка и об этом принято было вставить пару строк при удобном случае. Собственно, наверное, отсюда и широкая известность. Кабы Лукас обронил когда-то, что сагу свою создал только благодаря "Орфографии малого русского языка для добрых школьников Заполярья 5 класса прочности", быть бы орфографии культовой вещью.

Я долго сдерживался, но, когда даже несмышлёный в этих делах знакомый-программист ее взял и прочитал, тут уж я не удержался ибо негоже нам держаться позади каких-то там программистов.

Вроде бы, автор "использовал в книге теории Фрейда, Юнга, Арнольда Ван Геннепа, а также исследования этнографов Джеймса Джорджа Фрэзера и Франца Боаса и психолога Отто Ранка" и сообразил, что "Большинство мифов имеют общую сюжетную структуру — путешествие архетипического героя, мономиф", и в рамках этой структуры любой герой проходит одни и те же этапы/испытания. И вот Кэмпбелл в своем "Тысячеликом герое" ака "Герое с тысячей лиц"  данную теорию толкует и иллюстрирует.

Книга производит странное впечатление. Перед нами анализ мифов не столько с точки зрения филологии, истории, литературоведения, антропологии, нет. Главный инструмент автора - психоанализ, который он почему-то называет наукой. Оттого весь этот труд оставляет впечатление какой-то зыбкости, нечеткости, недооформленности.